И.И. Левиафан. Тихая обитель
Jan. 19th, 2015 08:23 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
humorableили почему я не смотрю новые российские фильмы
Про Кишиневский дом я писала давным-давно.
А в Москве первые пять лет я жила в общежитии на Малой Грузинской, где комфорту было не так уж много, но зато район....
. Торец в торец общага упиралась в дом, где умер Высоцкий. Там же проходили знаменитые полуподпольные выставки "двадцати московских художников".
Через квартал стоял памятник российско-грузинской дружбе работы Вознесенского. Полчаса пешком до Кремля, пятнадцать до Патриарших прудов, и до американского посольства и т.д.
А потом я переехала вначале на улицу Россошанскую, в Южном Чертаново. Однокомнатную квартиру сдавал некто Коля, или Миша. И его жена Лариса, или Валентина. За сто рублей в месяц.
Сначала все было тихо, а потом они стали звонить почти каждый вечер и вежливо просить сто рублей в счет квартплаты. Мне было неудобно им отказывать, и наши отношения довольно быстро испортились.
И я вскоре переехала к будущему мужу, в "Текстильщики", и там прожила шесть лет.
Этот дом я также периодически описывала по разным поводам.
Так что если обнаружатся повторения, прошу прощения.
Над нами муж бил жену каждый вечер - грохот, вой, мебель падает.
Я думала, люмпены какие-то. А потом как-то раз у нас стало течь с потолка в туалете, и я поднялась наверх. Там чистота, лепота. Дама причесана, ковры благоухают. Никаких тебе трущоб.
Он все громит, а она потом чистоту наводит, порядок. Потом сын подрос, стал бить вместе с папой. Ну, не каждый день, и может, маму он не бил, а наоборот, папу. Мама , может, подвывала от горя.
А под нами жила дворничиха Аня, которую мы называли Нюшкой. Редкостная скандалистка, матерщинница, высохшая, сухокудрявая и обесвечанная. Муж ее повесился еще до моего переезда; жила она с дочерью, тоже худощавой, но довольно милой. Дочь вышла замуж за красномордогоотекшее урода. Время от времени она устраивала ему истерики и скандалы в стиле мексиканских, только вошедших в моду картин.
Это чуть позже их пародировали кто ни попадя. А я слышала простодушное цитирование: ты не понимаешь....( рыдание).... ты ничего не понимаешь.....! пойми меня, умоляю!
Я только диву давалась: ясно же было всем, что такое мурло ничего никогда не понимало, и не поймет. Чего ж она всполошилась?
А напротив жили хорошие люди. Сережа со своей мамой, тетей Риммой. Он приходился нам ровесником. Тихий такой, из тех прыщавых, что качаются. А потом Сережа привел жену Лену.
Хорошенькую-хорошенькую, с хорошенькой-хорошенькой дочкой дочкой от первого брака. Мы с Леной подружились после того, как родили, с разницей в четыре месяца. Она рассказала, что они с Сережей встречались еще со школы, а потом Сережа пошел в армию, ну, и Лена его не дождалась, вышла замуж. А потом они с мужем начали ссориться - я даже запомнила его фамилию: Коврижкин!
Так вот, они с Коврижкиным ссорились, разошлись, ну, Лена позвонила Сереже, и он ее простил.
Все бы хорошо, только жили они впятером в двух комнатах площадью 23.5 кв метра.
В одной комнате тетя Римма, а в другой - Сережа с женой и детьми.
Можно было бы, конечно, старшую девочку отправить к тете Римме, но Лена боялась.
Дело в том, что тетя Римма стояла на учете в психдиспансере и иногда в ней пробуждалась неоправданная агрессия.
Поэтому к ней в комнату отправили спать накачанного Сережу.
Зато, сидя в очереди в диспансере, тетя Римма нашла себе кавалера.
И раз в неделю, в уикэнд ходила к нему в гости с ночевкой.
Таким образом, Лене с Сережей удалось выцыганить себя время на секс - в ночь с субботы на воскресенье.
И даже Лена забеременела, но сделала аборт, хотя очень любила детей.
Bскоре после родов Лена сломала ногу, и к сожалению, чего-то ей повредили, нерв, по-моему, когда вставляли спицу.
Ступня потеряла форму, усохла, ноги вообще стали разной толщины, и плюс ко всему Лена осталась хромой. Ходила с палочкой, очень поправилась, и сзади ее принимали за пожилую крупную бабку. Было ей тогда 25 лет.
А наискосок жила очень строгая мама с очень некрасивой смущенной дочкой. Дочку, наконец, выдали замуж за такого же тихого и смущенного парня. Тем более удивительно было, когда он, напившись, пришел домой, и строгая мама устроила скандал в стиле "В моем доме". Она даже не пустила его в этот свой дом!
Тода наш скромник пробил входную дверь - не квартирную, а ту, что отделяла наш отсек от лестничной площадки. И лег на коврик.
Потом он так же смущенно эту дверь чинил-заделывал. И некрашеная фанера как бы осталась вечным напоминанием о его позорном поступке.
А рядом с нами жили пенсионеры-куркули, которые заставляли весь общий коридор старой мебелью, которую жалко было выбрасывать. Было у них еще три кошки, которых они выпускали в коридор погулять. гуляли они, как правило, в Жениной коляске.
Я очень много ссорилась с Нюшкой, вернее, она со мной. Врывалась со слесарем и теткой из домкома, чего-то орала...
До сих пор не знаю, в чем состояли ее претензии.
Еще один сын с мамой жили на двенадцатом этаже. Настолько похожие, что и различить их бывало тяжело - у сына, правда, частенько красовался фингал под глазом, и иногда он валялся пьяный около подъезда.
Потом он пропал, и мама рассказала жуткую историю: его свела с ума кассирша из хозяйственного магазина, ее подруга, и он ушел из дому.
И вскоре я увидала их на прогулке : тридцатилетнего Сына, любовно щиплющего зад Пятидесятилетней Кассирши, и услышала венчальный звон бутылок в авоське, и поймала также ее ответный страстный взгляд из-за плеча - и после этого, дорогие мои, не нужен мне никакой художник: ни Брейгель, ни этот, новый весельчак Вася Ложкин.
Вообще, валялись пьяные у нас часто. Иногда - на задней площадке автобуса, перекатываясь на поворотах.
Иногда - у винного отдела. Особенно странным мне казался момент падения. Вот человек стоял - и вот он уже лежит.
я как раз помню Падение Женщины, потому что особенно это было ярко. Она стояла тихонько, улыбалась, пошатываясь. И вдруг упала - как легла - на спину в лужу. И лежала под дождем, все так же улыбаясь. А мужики ее знакомые так и стояли рядком, беззвучные, недвижимые.
Там была молодежь тоже. Но они как-то все между собой переженились: пятый этаж - на втором, десятый - на шестом, а потом нарожали, а потом поразводились.
И снова женились и нарожали, но уже на других корпусах.
С одной стороны, гуляя с новыми детьми, можно было заодно брать и старых. Не нужно было ждать выходных для встреч.
С другой стороны, старые жены заводили новых кавалеров,, а романтические отношения ( в виде стуков и скрипов дивана в бывший супружеский потолок) тревожили и нервировали бывших.
Но я себе еще нашла подружку - Тамару с первого этажа. Хорошенькую женщину в возрасте, напоминающую то ли Татьяну Самойлову, то ли Одри Хепберн. Располневшую, со спортивной стрижкой и малиновой помадой.
Она жила с облезлым песиком и рассказала мне на прогулках всю свою жизнь. Самым волнующим воспоминанием для Тамары осталась рыбалка, где она в темноте чистила угря, а когда кто-то посветил фонариком, то она увидела, что все руки у нее в крови - и истошно закричала. Друг ее тогдашний долго смеялся, и сейчас смеется, когда вспоминает. Он разбит инсультом, слеп. Живет один, а Тамара к нему ездит и ухаживает. Ей тяжело, потому что друг весит 94 килограмма и капризничает из-за всего.
Сын ей зудит, чтобы она за этого друга вышла замуж и прописалась: жалко, квартира пропадет. А Тамаре неудобно.
Она меня даже пригласила к себе на 8-е Марта, выпить, но кончилось все очень быстро, потому что Тамара опьянела после первой рюмки, и на этом вечер закончился.
Ну, классический случай - это я уже рассказывала, точно, но не помню, где и когда.
Поэтому повторю коротенько.
Я поднималась домой, в лифте, с Женей, и в последний момент заскочил пьяный парнишка. Он стал делать Жене козу, она разревелась - год с небольшим - самый подозрительный возраст.
А потом мы снова спустились: почистить ковры снегом, а лифт сломался. Т.е. было два лифта, но один был сломан давно, а второй - как раз, когда я в него бросила веник.
И пришлось тащиться на одиннадцатый этаж пешком, причем несколько раз.
Снчала Женю я затащила к Лене, а потом пришлось еще раз бегать за ковром, и за другим ковром. хорошо, что они были не настоящие, а так, половики.
Тем временем приехали "скорая" и милиция, и в последнюю свою ходку я встретила парнишку из лифта на носилках, только уже без улыбки. Лестница была вся в крови, а я в запарке решила , что кто-то резал курицу.
Я бы с удовольствием привела бы хороший жизненный пример, но неоткуда!
В соседних домах было несколько приятных мам и бабушек - я с ними познакомилась опять же во время прогулок.
Но они тоже жили по нескольку поколений в одной квартире и активно жаловались друг на друга, т.е., попросту обливая дерьмом.
Была одна хорошая и счатливая женщина! По шаблону, как у Достоевского, Нинка- проститутка.
Она удачно вышла замуж, за араба, а поскольку детей у них не было, то в однокомнатной квартире им тоже было просторно.
Нинка проводила время в охоте за фирмОй и ювелиркой.
Но когда сын ее подруги не захотел ходить в новый садик и рыдал каждое утро, то она устроилась в этот садик работать нянечкой. И заодно поварихой.
Готовила детям люля -кебаба и сациви ( когда-то Нинка много работала в Грузии) вместо того, чтобы воровать мясо домой.
Вот это мой жизненный опыт.
вы знаете, я ничего не придумываю. просто не умею.
Приукрасить могу, но не по сути.
Зачем же мне кино смотреть?
Тем более, что и в жизни потом стало хуже.
Появилось много лиц кавказской национальности.
Вчерашние малышки надели блестящие лосины и фланировали вполне подходящими телесами перед лицами .
Потом стали иногда находить трупы во дворе.
Сам двор покрылся гаражами-ракушками, как рапой.
Стали грабить и избивать: пьяные - пьяных, трезвые - пьяных, пьяные - трезвых.
У всех моих друзей и родственников в семье кого-то избили, а моего бывшего мужа - аж дважды. В десяти минутах от дома.
Но это уже, как говорят обычно, уже другая история.
Про Кишиневский дом я писала давным-давно.
А в Москве первые пять лет я жила в общежитии на Малой Грузинской, где комфорту было не так уж много, но зато район....
. Торец в торец общага упиралась в дом, где умер Высоцкий. Там же проходили знаменитые полуподпольные выставки "двадцати московских художников".
Через квартал стоял памятник российско-грузинской дружбе работы Вознесенского. Полчаса пешком до Кремля, пятнадцать до Патриарших прудов, и до американского посольства и т.д.
А потом я переехала вначале на улицу Россошанскую, в Южном Чертаново. Однокомнатную квартиру сдавал некто Коля, или Миша. И его жена Лариса, или Валентина. За сто рублей в месяц.
Сначала все было тихо, а потом они стали звонить почти каждый вечер и вежливо просить сто рублей в счет квартплаты. Мне было неудобно им отказывать, и наши отношения довольно быстро испортились.
И я вскоре переехала к будущему мужу, в "Текстильщики", и там прожила шесть лет.
Этот дом я также периодически описывала по разным поводам.
Так что если обнаружатся повторения, прошу прощения.
Над нами муж бил жену каждый вечер - грохот, вой, мебель падает.
Я думала, люмпены какие-то. А потом как-то раз у нас стало течь с потолка в туалете, и я поднялась наверх. Там чистота, лепота. Дама причесана, ковры благоухают. Никаких тебе трущоб.
Он все громит, а она потом чистоту наводит, порядок. Потом сын подрос, стал бить вместе с папой. Ну, не каждый день, и может, маму он не бил, а наоборот, папу. Мама , может, подвывала от горя.
А под нами жила дворничиха Аня, которую мы называли Нюшкой. Редкостная скандалистка, матерщинница, высохшая, сухокудрявая и обесвечанная. Муж ее повесился еще до моего переезда; жила она с дочерью, тоже худощавой, но довольно милой. Дочь вышла замуж за красномордогоотекшее урода. Время от времени она устраивала ему истерики и скандалы в стиле мексиканских, только вошедших в моду картин.
Это чуть позже их пародировали кто ни попадя. А я слышала простодушное цитирование: ты не понимаешь....( рыдание).... ты ничего не понимаешь.....! пойми меня, умоляю!
Я только диву давалась: ясно же было всем, что такое мурло ничего никогда не понимало, и не поймет. Чего ж она всполошилась?
А напротив жили хорошие люди. Сережа со своей мамой, тетей Риммой. Он приходился нам ровесником. Тихий такой, из тех прыщавых, что качаются. А потом Сережа привел жену Лену.
Хорошенькую-хорошенькую, с хорошенькой-хорошенькой дочкой дочкой от первого брака. Мы с Леной подружились после того, как родили, с разницей в четыре месяца. Она рассказала, что они с Сережей встречались еще со школы, а потом Сережа пошел в армию, ну, и Лена его не дождалась, вышла замуж. А потом они с мужем начали ссориться - я даже запомнила его фамилию: Коврижкин!
Так вот, они с Коврижкиным ссорились, разошлись, ну, Лена позвонила Сереже, и он ее простил.
Все бы хорошо, только жили они впятером в двух комнатах площадью 23.5 кв метра.
В одной комнате тетя Римма, а в другой - Сережа с женой и детьми.
Можно было бы, конечно, старшую девочку отправить к тете Римме, но Лена боялась.
Дело в том, что тетя Римма стояла на учете в психдиспансере и иногда в ней пробуждалась неоправданная агрессия.
Поэтому к ней в комнату отправили спать накачанного Сережу.
Зато, сидя в очереди в диспансере, тетя Римма нашла себе кавалера.
И раз в неделю, в уикэнд ходила к нему в гости с ночевкой.
Таким образом, Лене с Сережей удалось выцыганить себя время на секс - в ночь с субботы на воскресенье.
И даже Лена забеременела, но сделала аборт, хотя очень любила детей.
Bскоре после родов Лена сломала ногу, и к сожалению, чего-то ей повредили, нерв, по-моему, когда вставляли спицу.
Ступня потеряла форму, усохла, ноги вообще стали разной толщины, и плюс ко всему Лена осталась хромой. Ходила с палочкой, очень поправилась, и сзади ее принимали за пожилую крупную бабку. Было ей тогда 25 лет.
А наискосок жила очень строгая мама с очень некрасивой смущенной дочкой. Дочку, наконец, выдали замуж за такого же тихого и смущенного парня. Тем более удивительно было, когда он, напившись, пришел домой, и строгая мама устроила скандал в стиле "В моем доме". Она даже не пустила его в этот свой дом!
Тода наш скромник пробил входную дверь - не квартирную, а ту, что отделяла наш отсек от лестничной площадки. И лег на коврик.
Потом он так же смущенно эту дверь чинил-заделывал. И некрашеная фанера как бы осталась вечным напоминанием о его позорном поступке.
А рядом с нами жили пенсионеры-куркули, которые заставляли весь общий коридор старой мебелью, которую жалко было выбрасывать. Было у них еще три кошки, которых они выпускали в коридор погулять. гуляли они, как правило, в Жениной коляске.
Я очень много ссорилась с Нюшкой, вернее, она со мной. Врывалась со слесарем и теткой из домкома, чего-то орала...
До сих пор не знаю, в чем состояли ее претензии.
Hо зато понимаю:конечно, ей было горько, да и не ей одной.
Два молодых человека жили на тех же 23.5 метрах, что и остальные многочленные семьи - и в ус не дули.
Нюшка очень наслаждалась своим триумфом, видя, что я краснею и чего-то бормочу.
Так продолжалось несколько лет, но как-то раз я послала Нюшку таким ярким, емким и длинным посылом, который мог быть рожден только Музой Неформальной Лексики.
С тех пор Нюшка раскланивалась при встрече и быстро убегала. Наверное, в момент извержения посыла она увидала горящий куст и уверовала. Два молодых человека жили на тех же 23.5 метрах, что и остальные многочленные семьи - и в ус не дули.
Нюшка очень наслаждалась своим триумфом, видя, что я краснею и чего-то бормочу.
Так продолжалось несколько лет, но как-то раз я послала Нюшку таким ярким, емким и длинным посылом, который мог быть рожден только Музой Неформальной Лексики.
Еще один сын с мамой жили на двенадцатом этаже. Настолько похожие, что и различить их бывало тяжело - у сына, правда, частенько красовался фингал под глазом, и иногда он валялся пьяный около подъезда.
Потом он пропал, и мама рассказала жуткую историю: его свела с ума кассирша из хозяйственного магазина, ее подруга, и он ушел из дому.
И вскоре я увидала их на прогулке : тридцатилетнего Сына, любовно щиплющего зад Пятидесятилетней Кассирши, и услышала венчальный звон бутылок в авоське, и поймала также ее ответный страстный взгляд из-за плеча - и после этого, дорогие мои, не нужен мне никакой художник: ни Брейгель, ни этот, новый весельчак Вася Ложкин.
Вообще, валялись пьяные у нас часто. Иногда - на задней площадке автобуса, перекатываясь на поворотах.
Иногда - у винного отдела. Особенно странным мне казался момент падения. Вот человек стоял - и вот он уже лежит.
я как раз помню Падение Женщины, потому что особенно это было ярко. Она стояла тихонько, улыбалась, пошатываясь. И вдруг упала - как легла - на спину в лужу. И лежала под дождем, все так же улыбаясь. А мужики ее знакомые так и стояли рядком, беззвучные, недвижимые.
Там была молодежь тоже. Но они как-то все между собой переженились: пятый этаж - на втором, десятый - на шестом, а потом нарожали, а потом поразводились.
И снова женились и нарожали, но уже на других корпусах.
С одной стороны, гуляя с новыми детьми, можно было заодно брать и старых. Не нужно было ждать выходных для встреч.
С другой стороны, старые жены заводили новых кавалеров,, а романтические отношения ( в виде стуков и скрипов дивана в бывший супружеский потолок) тревожили и нервировали бывших.
Но я себе еще нашла подружку - Тамару с первого этажа. Хорошенькую женщину в возрасте, напоминающую то ли Татьяну Самойлову, то ли Одри Хепберн. Располневшую, со спортивной стрижкой и малиновой помадой.
Она жила с облезлым песиком и рассказала мне на прогулках всю свою жизнь. Самым волнующим воспоминанием для Тамары осталась рыбалка, где она в темноте чистила угря, а когда кто-то посветил фонариком, то она увидела, что все руки у нее в крови - и истошно закричала. Друг ее тогдашний долго смеялся, и сейчас смеется, когда вспоминает. Он разбит инсультом, слеп. Живет один, а Тамара к нему ездит и ухаживает. Ей тяжело, потому что друг весит 94 килограмма и капризничает из-за всего.
Сын ей зудит, чтобы она за этого друга вышла замуж и прописалась: жалко, квартира пропадет. А Тамаре неудобно.
Она меня даже пригласила к себе на 8-е Марта, выпить, но кончилось все очень быстро, потому что Тамара опьянела после первой рюмки, и на этом вечер закончился.
Ну, классический случай - это я уже рассказывала, точно, но не помню, где и когда.
Поэтому повторю коротенько.
Я поднималась домой, в лифте, с Женей, и в последний момент заскочил пьяный парнишка. Он стал делать Жене козу, она разревелась - год с небольшим - самый подозрительный возраст.
А потом мы снова спустились: почистить ковры снегом, а лифт сломался. Т.е. было два лифта, но один был сломан давно, а второй - как раз, когда я в него бросила веник.
И пришлось тащиться на одиннадцатый этаж пешком, причем несколько раз.
Снчала Женю я затащила к Лене, а потом пришлось еще раз бегать за ковром, и за другим ковром. хорошо, что они были не настоящие, а так, половики.
Тем временем приехали "скорая" и милиция, и в последнюю свою ходку я встретила парнишку из лифта на носилках, только уже без улыбки. Лестница была вся в крови, а я в запарке решила , что кто-то резал курицу.
Я бы с удовольствием привела бы хороший жизненный пример, но неоткуда!
В соседних домах было несколько приятных мам и бабушек - я с ними познакомилась опять же во время прогулок.
Но они тоже жили по нескольку поколений в одной квартире и активно жаловались друг на друга, т.е., попросту обливая дерьмом.
Была одна хорошая и счатливая женщина! По шаблону, как у Достоевского, Нинка- проститутка.
Она удачно вышла замуж, за араба, а поскольку детей у них не было, то в однокомнатной квартире им тоже было просторно.
Нинка проводила время в охоте за фирмОй и ювелиркой.
Но когда сын ее подруги не захотел ходить в новый садик и рыдал каждое утро, то она устроилась в этот садик работать нянечкой. И заодно поварихой.
Готовила детям люля -кебаба и сациви ( когда-то Нинка много работала в Грузии) вместо того, чтобы воровать мясо домой.
Вот это мой жизненный опыт.
вы знаете, я ничего не придумываю. просто не умею.
Приукрасить могу, но не по сути.
Зачем же мне кино смотреть?
Тем более, что и в жизни потом стало хуже.
Появилось много лиц кавказской национальности.
Вчерашние малышки надели блестящие лосины и фланировали вполне подходящими телесами перед лицами .
Потом стали иногда находить трупы во дворе.
Сам двор покрылся гаражами-ракушками, как рапой.
Стали грабить и избивать: пьяные - пьяных, трезвые - пьяных, пьяные - трезвых.
У всех моих друзей и родственников в семье кого-то избили, а моего бывшего мужа - аж дважды. В десяти минутах от дома.
Но это уже, как говорят обычно, уже другая история.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2015-01-19 06:34 am (UTC)Хорошо живется нам в стране Советской!
no subject
Date: 2015-01-19 06:44 am (UTC)Как до сих пор там все не развалилось?
no subject
Date: 2015-01-19 06:50 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:00 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:03 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:03 am (UTC)Я в Крылатском жила, за 10 лет познакомилась с соседями по этажу, а это вскго три квартиры плюс наша - четвертая, и с одной женщиной с пятого этажа, мы жили на девятом. У нас ужасов не было совсем, толбко в 90х стало страшно вечером мусор выносить. Ах да, в лифте регулярно некто неуловимый мочился. А так все хорошо.
no subject
Date: 2015-01-19 07:05 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:12 am (UTC)Крылатское, все же, поновее, если я не путаю.
Вообще, были же Строгино, Новогиреево, Юго-Запад, Ленинградка - вообще, люксус.
Но с другой стороны, это Москва - а в деревнях вообще вся жизнь, как в "Путем взаимной переписки" Войновича.
no subject
Date: 2015-01-19 07:12 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:17 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:18 am (UTC)А с Левиафаном пока не разобрался. Смотреть - не смотреть? Не могу решиться.
no subject
Date: 2015-01-19 07:21 am (UTC)У меня не только к этому фильму такое отношение, ко всему, что связано с показом реальности в России.
Я ведь жила-не страдала, считала, что это нормально...Не делала каких-то попыток переехать, или убежать.
А сейчас не хочу снова в это входить.
no subject
Date: 2015-01-19 07:24 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:27 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:28 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:32 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:33 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:38 am (UTC)А я как рожи эти увижу, так и начинают болеть старые раны.
no subject
Date: 2015-01-19 07:43 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:44 am (UTC)no subject
Date: 2015-01-19 07:52 am (UTC)моя славабогубывшая свекровь, с синдромом исключительности и общей психической недоделанностью, спросила меня за кого я собралась замуж (узнав что я бросая ее выдающегося отпрыска). Ее волновало из какого он города. На мой ответ она победоносно молвила:
-ну я тебя поздравляю!
все что было не из Москвы и Питера считалось второсортным (и я в т.ч.)
все же, поновее
Date: 2015-01-19 07:54 am (UTC)Саша, рассказ отличный, одно удовольствие читать. Страшная вроде история, но не страшно.
no subject
Date: 2015-01-19 07:59 am (UTC)Причем, в отличие от кино, литература создает более объемную картину, настоянную на ассоциациях, воспоминаниях и собственной фантазии.
А "Левиафанов" этих в 90-е прошлого снимали десятки, если не сотни. Их даже награждали призами на фестивалях ("Собачья свадьба" с Гундаревой и Шакуровым), но смотреть их не было никаких сил, потому что эту помойку можно было наблюдать вокруг и без обрамления в экран.
Причем, ничего ведь не меняется! Мама мне рассказывала о бандитских разборках, пьянках и нищете в Люсиновском переулке Москвы, где от крыс и сырости в подвальном помещении умерла её старшая сестричка. Крыс и сырость, оказывается, намного легче извести, чем эту пьяную канитель быдло-быта.
Re: все же, поновее
Date: 2015-01-19 08:02 am (UTC)Еще один классический случай, который позабыла вставить: проживание разведенных семей с детьми в одной квартире.
В одной комнате - папа, приводящий периодически женщин и пьяный, а в другой - мама с детьми.
no subject
Date: 2015-01-19 08:08 am (UTC)